Кто если не Буракова

Ксения Максимова, основательница антивоенной даспоральной организации Russian Democratic Society (UK), победила на местных выборах в Лондоне, в Илинге! Очень круто, Ксения преодолела большой путь и в Либдемах, и на выборах.

Разговор о том, чтобы участвовать или не участвовать в местной политике в русскоязычной среде очень полярный: от «пустили пожить и спасибо» до активного участия по местной повестке.

Одного правильного ответа тут нет: очень зависит от страны. Понятно, что в ОАЭ это нереально, в Грузии может грозить депортом или баном, в Латвии не располагает обстановка в обществе. Но в странах, где нет таких проблем, иметь мнение и политические предпочтения, использовать легальные инструменты политического действия — то, без чего о проблемах мы можем жаловаться только друг другу в Фейсбуке.

Очень болела за португальскую диаспору, которая прошла огромный путь по продвижению переходных положений в новый закон о гражданстве: чтобы старые правила сохранялись для тех, кто уже находится в стране легально (срок на паспорт увеличили с 5 до 10 лет). И пусть в итоге поправка не вошла в итоговый закон, но петиция, выступление в парламенте, поддержка партии, разработка дальнейших шагов — это очень большая работа, которая показывает диаспору именно как силу, отстаивающую свои интересы легальными методами, а не как набор отдельных людей.

Даже при наличии единого признаваемого лидера оппозиции (чего у нас не будет, давайте признаем) лоббирование в каждой стране — задача диаспоры. Никто не построит сообщество свыше, никто не может выстроить доверительные политические контакты в каждой стране мира: это поступательная работа людей на местах, от объяснения «кто мы» до выстраивания контактов, постоянного напоминания о себе, репрезентации и практических предложений.

Смотрю новости с Венецианской биеннале, и все попытки российских властей из числа гражданских функционеров влезть на европейские площадки и мероприятия с огромными усилиями — это отчаянные попытки вернуть все «как раньше». Попытка делать вид, что все нормально, правда, происходит на фоне постоянных обстрелов украинских городов, диверсий в других странах. Очень похоже на ребенка, который прячется, закрывая глаза ладошками.
Вышел Бутягин из СИЗО в Польше, и в первом же интервью сказал: «пока неосмотрительно ездить в Европу», поеду когда «рано или поздно эта история закончится».

Это общий нарратив, включая элиту, за исключением совсем отлетевших от реальности (к которым относится, увы, верховный главнокомандующий) и тех, у кого выбор только в виде скамьи подсудимых или бесконечной изоляции и эскалации.

Сейчас эта линия противостояния очень видна внутри «элиты»: лагерь «все, ребята, давайте завершать» и лагерь «нужно обострять и крутить гайки так, чтобы металл трескался» сражаются через доступные, в том числе формирующие общественное мнение, ресурсы.

«Как было» выставочным павильоном или оперным концертом не вернуть. Признаем, всем нравилось летать дешевыми прямыми рейсами в Европу, ходить по Лувру на майских празниках, пить портвейн на мысе Рока, шопиться в Милане. Радостные российские парламентарии беззаботно катались на велосипедах по Страсбургу во время сессий ПАСЕ и чувствовали себя частью мирового сообщества. Изоляция, постоянный страх, падение уровня жизни, технологическое отставание, блокировки, дроны не нравятся ни одному нормальному человеку, живущему вне бункера, только вот направление движения в сторону «нормализации» выбрано неэффективное. А другое, видимо, страшно помыслить.

Вчера на лекции испанские слушатели спросили меня, что же будет после Путина, есть ли шанс на демократизацию России и возвращение ее в мирное русло. Мы не знаем, что будет через год, но в нынешний момент истории это, конечно, зависит от того, кто будет определять политику дальше. Если бы после смерти диктатора Франко политику определял бы не Хуан Карлос, начавший возвращать права и свободы, а кто-то другой, возможно, демократизации бы не случилось еще какое-то время.

Когда я не пишу в канал, знайте, у меня уважительная причина, я где-то делаю что-то классное, но отнимающее все свободное время! Вообще, конечно, была приятно удивлена: аудитория была очень разная, включая преподавателей, людей из органов власти, и, конечно, магистров и аспирантов из разных стран, в том числе из недемократических, с которыми у нас схожие проблемы

Любой иностранец через 5 минут после приезда на Южный Кавказ

Второй день в Facebook читаю про банкротство школы Le Sallay Сергея Кузнецова, основателя детского лагеря Марабу.

Коротко: Le Sallay работала в гибридном формате, онлайн с периодическими офлайн кампусами во Франции. Остановили учебный процесс очень внезапно, при этом незадолго до объявления о банкротстве у родителей принимали оплаты за следующий учебный год (стоимость обучения 10 000 EUR в год, но для для семей в сложной ситуации видимо находили спонсорство, и дети могли учиться за меньшие деньги). Учителям долг по зарплате тоже не оплачен.

Многие комментарии про «бизнес по-русски», но банкротство, закрытие школ до конца учебного года случается и в других странах. Бизнес — штука рискованная и прогорает в том числе из-за форс-мажоров или ошибок менеджмента независимо от национальной принадлежности.

Но такого сильного репутационного урона и шока для родителей можно было избежать, если выстроить коммуникацию с работниками и клиентами адекватно: похоже, что финансовые проблемы начались не на этой неделе, а сильно раньше. Менеджмент, видимо, пытался выгрести, и судя по формулировки «не пережили войну в Иране», сорвался какой-то спонсор, чьими деньгами планировалось закрыть дыру. О школе много хороших отзывов, детям там было, видимо, и правда классно. Думаю, открытость в диалоге с родителями до того, как все рухнуло, когда доверие и лояльность уже есть, возможно просьба о дополнительных взносах от тех, кто может это себе позволить, не заставила бы клиентов развернуться и уйти, и позволила хотя бы спокойно завершить учебный год.

Когда-то я координировала проекты в России, но не была самым последним звеном, у которого болит голова о юрлицах, деньгах, общей бухгалтерии. После того, как я стала руководить «Ковчегом», мой взгляд на это поменялся полностью: вдруг я поняла, что до этого в реальности я ничем не руководила. Когда твоя зона ответственности — 20+ сотрудников, и никто кроме тебя не решает вопросы, где найти деньги, выполнить обязательства перед ними, благополучателями, партнерами, то начинаешь смотреть на все процессы с немного под другим углом. Я помню как прошибает холодный пот, когда уже подписанное соглашение, покрывающее значимую часть работы на несколько месяцев и заложенное в бюджете, вдруг одним днем превращается в тыкву, как блокируют счет, с которого нужно сегодня оплатить аренды шелтера, где живет 15 человек, и много чего еще, что не видно извне. Бизнес это еще х2, особенно если привлечены деньги инвесторов, кредиты и другие обязательства.

Наверное, главное — не пытаться стискивать зубы и пытаться вытащить все кулуарно до фатального конца, а держать в курсе тех, перед кем взял на себя обязательства.

Надо всех кандидатов проводить через интервью Breakfast Show!

https://t.me/PlushevChannel/36085

Политическое сообщество обсуждает выступление Руслана Кутаева — бывшего чеченского политзаключенного, который вошел в состав платформы российской оппозиции в ПАСЕ по нацквоте.

Сначала я, конечно, почитала пересказы, но решила посмотреть полное интервью на канале Александра Плющева. В целом пусть и пытаясь смягчить формулировки, но Кутаев действительно описал принудительные браки, преследования и «убийства чести» чеченских женщин как семейное дело, в итоге сорвавшись риторическим вопросом на то, что жертвы, мол, тоже семью позорят ведь, назвал чеченцев другой сексуальной ориентации извращенцами и призвал их не высовываться.

Мы сталкивалась с проблемами бежавших из Чечни людей, и это очень сложные случаи, где опасность внесудебных расправ подстерегает родственников в республике, самого человека даже за границей. Государство, правовая система буквально существуют для того, чтобы это не было «семейным делом», а было делом уголовным. И нет, преступления против личности — это не национальные особенности, национальные особенности — это папоротник собирать на Иван Купала.

У Совета Европы есть рамочные документы, в том числе отражающие ценности. Говорить о том, что все входящие в него страны на системном уровне их придерживаются было бы неправдой. Но в отношении платформы, для которой можно установить правило разделять в том числе и базовые ценности организации, и не исключать из них никого по национальности, было бы здраво. Тем более ЕСПЧ, судебный орган Совета Европы, неоднократно выносил решения по нарушению прав человека в Чечне.

Выступаю завтра на мероприятии Amnesty International в Мадриде, буду рассказывать о давлении на свободу слова и журналистику в России.

Для презентации освежаю в памяти дела, что я вела в России по этой теме, скучаю немножко по своей юридической профессии

Секрета не открою, если скажу, что для тех, кому из-за разных причин: от долгов до уголовного дела, запрещен выезд из России, был понятный народный вариант — вылетать из Беларуси, так как базы особо не были синхронизированы.

Похоже, это меняется.
Зафиксирован случай отказа в выезде из Беларуси человеку, которому пришла повестка на медкомиссию, еще до наступления даты самой медкомиссии. То есть как прописано — сразу после направления повестки ограничение на выезд действительно сработало.

Это очень тревожный сигнал: будет все меньше возможностей вытащить людей из России с рисками призыва или политически мотивированного преследования. По сути легальных путей выезда не останется, а незаконное пересечение границы все погранпункта почти в любой стране — преступление, и грозит депортацией при обнаружении человека, попавшего в страну таким образом.

Кто будет годами сидеть и ждать сербский паспорт в общем порядке при соблюдении всех условий?

— Ты

Кому дадут гражданство Сербии в особом порядке решением указом премьер-министра?

— Племяннику Кадырова, в пользу которого отбирают крупные активы в России.

Впрочем, Сербия после начала войны уже давала подобным образом 200 паспортов, среди новоиспеченных граждан страны люди под санкциями, спецслужбисты, сотрудники путинских олигархов.

Поэтому когда ЕС пишет в отчете, что политика Сербии по выдаче гражданства россиянам угрожает европейской безопасности, они имеют в виду вот такую раздачу паспортов бенефициарам войны и режима Путина.
А что насчет властей Сербии — ласковый теленок двух маток сосет.

От сегодняшних новостей о предотвращенном теракте против чиновников Роскомнадзора попахивает делом об убийстве товарища Кирова

Особенно после заявлений Путина накануне о блокировках интернета во имя «борьбы с терроризмом». Что было после убийства Кирова мы с вами помним. В следующей серии будут обвинять тех, кто РКН деанонил. Надеюсь, не пойдут по тем, кто против блокировок выступал в России — мест в колониях не хватит.

Конфликт внутри российской «элиты» выплеснулся наружу и набирает обороты. Большими мазками — это гражданские в лице АП и Кириенко против силовиков: военных и ФСБ.

Когда один за одним зазвучали голоса Виктории Бони, Ивана Охлобыстина и прочих лояльных режиму людей, которые поддерживают войну и инициативы властей, стало понятно, что это не крик души внезапно прозревших инфлюенсеров, а целенаправленная кампания. Схемы, по которым администрация президента курирует деятелей культуры и людей с большой аудиторией, давно описана вдоль и поперёк. Все понимают правила игры, не первый день живут, и знают, куда звонить, чтобы согласовать заявления. В обратную сторону какие звонки тоже работают.
Голос подал и прямой зам Кириенко, который собственно и курирует идеологический вектор всех этих людей — мол, общество устало от постоянных запретов.

Параллельно Путин, вдруг прервав молчание вокруг блокировок интернета, озвучил версию как раз таки похожую на записку силовиков: мол, блокировки интернета, вызвавшие огромное общественное недовольство самых разных людей — это «борьба с терроризмом», и вообще они «точечные».

Впереди у Единой России федеральная избирательная кампания, и несмотря на то, что поле зачищено от любого, кто не находится под прямым контролем, остаются системные псевдооппозиционные партии, рост рейтинга которых при падении рейтинга ЕР — очень сильный сигнал.

На раскол, похоже, проходит и по более фундаментальной линии. Продолжение войны, эскалация конфликта с Европой с неизбежным закручиванием гаек по всем фронтам внутри страны, или постепенная заморозка и возвращение к иллюзии обычной жизни для общества с отправной точкой ограничений прав и свобод, введенных после 2022 года.

Чем ближе к выборам, которые даже в нынешней конфигурации для системы — проверка на прочность, тем больше мы будем слышать новых голосов «гражданских» из системы и новых ограничений со стороны силового блока. Кто победит, не очевидно, но пока из уст Путина звучат объяснения силовиков.

Моя приверженность делу правозащиты — купила очень заранее билет на Меладзе в фан-зону, позже определилась дата, когда можно влезть в ПАСЕ с нашим докладом по серым паспортам.

В тот момент, когда я говорила о ситуации фактического безгражданства и несовершенстве законодательных механизмов в разных странах ЕС по этому вопросу, кто-то забывая обо всем пел «небеса-а-а мои обетова-а-нные».
Рада за них, но не от всего сердца.

PS: ради мероприятия с большим и крутым испанским фондом, где было очень кстати рассказать про новую диаспору и дать небольшое понимание человеческого капитала, я не попала на концерт ДДТ в начале апреля, билеты на который брала за полгода.

Работа все больше отдаляет меня от русской культуры!