Сейчас все очень бурно обсуждают фильм «Одиссея» и спорят, может ли Елену Прекрасную играть негритянка.
Не знаю, меня этот спор никак не завлекает и не развлекает. Яйца выеденного не стоящий спор. Я как-то был в Мариинском театре на опере «Отелло», и там, собственно, Отелло играл белый мужик с огромным пузом, и что-то ничего, никто с этим не спорил и рекламаций в дирекцию не писал. Какой был Отелло, такой и пел, хуй знает. Циклопа тоже, небось, играет не человек с одним глазом во лбу.
Вместо всей этой хуйни, споров и пересудов лучше перечитать «Одиссею», до премьеры еще есть время. Для меня Гомер - главный автор в жизни. Если бы можно было взять в ад только одну книгу, я бы взял туда Гомера.
Сейчас подумалось, что если ад - это другие, то эти другие ведь явно мешают читать.
Для меня лично читать Гомера - это одно из тех удовольствий, что наполняют существование смыслом. Вообще-то жизнь в физиологическом аспекте - прескверная штука: жрать ходить, срать постоянно, прыщи вылазят, болят зубы, чешутся ноги.
Жизнь прекрасна другим. Если уж мучиться и хворать почками, то зачем-то. Ради чего-то. Например, ради того, чтобы читать Гомера или слышать Баха.
Жить и не читать Гомера - это как ногами попрать дары самой этой жизни, ее великолепие. Как женщину голую, манящую, ни разу не увидать, изнывающую от желания. Как не купаться в знойный день в прохладном озере, как ни разу не встретить рассвет, как не срывать с кустов сладкие ягоды, не ощущать, как во рту нёбо сушит танин, а голова идет кругом. Типа это всё можно, но зачем?
Самое большое чудо этого мира и нашего времени в том, что нам дана возможность его познавать в такой мере, которая доселе была людям неведома.
А мы тратим это чудесное время на то, чтобы усираться и спорить, писать целые статьи о том, может ли мифического персонажа играть негр.
Еще раз скажу: чтение Гомера столь же прекрасно, как тучные, сбитые облака, через которые ты летишь на высоте десяти тысяч метров. Я всегда, когда лечу через кучные, взбитые, пышные облака, думаю о том, какое это недоступное для большинства населявших этот мир людей чудо. Лететь через облака, видеть их на расстоянии вытянутой руки.
Чтение Гомера дарует не меньшее наслаждение, чем самые сочные, аппетитные люляки баб. А у баб иногда бывают такие люляки, что хочется пасть пред ними ниц.
Заклинаю, перечитайте Гомера!
Не знаю, меня этот спор никак не завлекает и не развлекает. Яйца выеденного не стоящий спор. Я как-то был в Мариинском театре на опере «Отелло», и там, собственно, Отелло играл белый мужик с огромным пузом, и что-то ничего, никто с этим не спорил и рекламаций в дирекцию не писал. Какой был Отелло, такой и пел, хуй знает. Циклопа тоже, небось, играет не человек с одним глазом во лбу.
Вместо всей этой хуйни, споров и пересудов лучше перечитать «Одиссею», до премьеры еще есть время. Для меня Гомер - главный автор в жизни. Если бы можно было взять в ад только одну книгу, я бы взял туда Гомера.
Сейчас подумалось, что если ад - это другие, то эти другие ведь явно мешают читать.
Для меня лично читать Гомера - это одно из тех удовольствий, что наполняют существование смыслом. Вообще-то жизнь в физиологическом аспекте - прескверная штука: жрать ходить, срать постоянно, прыщи вылазят, болят зубы, чешутся ноги.
Жизнь прекрасна другим. Если уж мучиться и хворать почками, то зачем-то. Ради чего-то. Например, ради того, чтобы читать Гомера или слышать Баха.
Жить и не читать Гомера - это как ногами попрать дары самой этой жизни, ее великолепие. Как женщину голую, манящую, ни разу не увидать, изнывающую от желания. Как не купаться в знойный день в прохладном озере, как ни разу не встретить рассвет, как не срывать с кустов сладкие ягоды, не ощущать, как во рту нёбо сушит танин, а голова идет кругом. Типа это всё можно, но зачем?
Самое большое чудо этого мира и нашего времени в том, что нам дана возможность его познавать в такой мере, которая доселе была людям неведома.
А мы тратим это чудесное время на то, чтобы усираться и спорить, писать целые статьи о том, может ли мифического персонажа играть негр.
Еще раз скажу: чтение Гомера столь же прекрасно, как тучные, сбитые облака, через которые ты летишь на высоте десяти тысяч метров. Я всегда, когда лечу через кучные, взбитые, пышные облака, думаю о том, какое это недоступное для большинства населявших этот мир людей чудо. Лететь через облака, видеть их на расстоянии вытянутой руки.
Чтение Гомера дарует не меньшее наслаждение, чем самые сочные, аппетитные люляки баб. А у баб иногда бывают такие люляки, что хочется пасть пред ними ниц.
Заклинаю, перечитайте Гомера!
Мне кажется, что во время всей этой истерии с AI люди как-то расслабились и настроились излишне оптимистично по отношению к развитию мира. Будущее уже наступило, производительность труда растет, болезни скоро будут побеждены, вкалывают роботы, государствами мудро правят аи-агенты, из крана течет бесплатное пиво. Вся хуйня, осталось чуть-чуть и заживем.
Я этот оптимизм не разделяю. Я считаю, что развитие и прогресс происходят скорее в пространстве, нежели во времени. Типа Япония еще в 20 веке жила как в 22-м, в Йемене прямо сейчас темное Средневековье, а в Европе идет империалистическая война в духе 19 века.
В Мавритании рабство официально отменили в 1981 году. В этом же году в Америке в продажу поступил персональный компьютер для массового пользования от IBM, а еще через год человеку имплантировали искусственное сердце. Искусственное, на минуточку, сердце. В том же самом мире, где можно пойти и легально купить на рынке негра, чтобы он тебе горох лущил.
Помните у Тарковского, когда он изображает далекое будущее в фильме «Солярис», машина на космодром едет по японской автостраде? Это даже сегодня выглядит достаточно футуристично, хоть и снималось 50 лет назад. Моя бабушка в том же году, когда человек высадился на Луну, тарелки мыла сажей в ледяной реке, буквально в прорубе.
У меня есть кент, программист и техноэнтузиаст. Он считает, что через 10-20 лет роботов-гуманоидов будет больше, чем людей. Роботы будут делать вообще все, а люди будут только заниматься разными развлечениями и сочинять стихи. Дескать, технологии уже все имеются, осталось только их применить.
Хуй знает, может, где-нибудь в Южной Корее и будут роботы подметать улицы и чинить унитазы. Но вот в России, матушке, что двадцать лет назад в поездках, я ссал на остановках в дырку в очковом туалете, без двери и света, где замерзшая моча почти достигала потолка. Что пять лет назад было так же, когда я ездил в Сибирь в последний раз. Что сто лет назад было так же. И через сто лет ничего не изменится, я в это абсолютно уверен. Не будет никаких гуманоидов, а будут пьяные мужики у ларька с пивом обсуждать, как англосаксонцы сдерживают потенциал России и повышают цены на молоко через контроль Центробанка.
И в Индии так же будут индусы срать себе под ноги и тут же умываться. И будут разбирать в странах Латинской Америки гуманоида на запчасти в ту же секунду, как он выйдет из дома.
И искусственный интеллект будет на большинстве территорий этого мира говорить не то, что правильно и истинно с точки зрения логики и теории обоснования, а то, что считает правильным и истинным начальство и господин генерал.
И, говоря о прогрессе, Кант написал работу «К вечному миру» еще в 1795 году (!!!), где убедительно обосновал, что избегать больших войн возможно, если ограничивать власть правителей, гражданам участвовать в политике и уважать суверенитет других стран.
И что с того, что эта концепция самого выдающегося мыслителя-философа в истории современного мира существует уже почти 250 лет? Кому она в хуй усралась, если у меня в университете философию преподавал сталинист, который издавал про Сталина, блять, газету и учил, что расстрелы были необходимостью для достижения цели. То есть он их даже не отрицал, он их оправдывал.
Я верю в то, что мир становится лучше. Просто не везде, неравномерно, непоследовательно и вовсе необязательно. Поэтому иногда лучший способ переместиться во времени - это переместиться в пространстве.
Причем в любом направлении, кому как нравится.
Я этот оптимизм не разделяю. Я считаю, что развитие и прогресс происходят скорее в пространстве, нежели во времени. Типа Япония еще в 20 веке жила как в 22-м, в Йемене прямо сейчас темное Средневековье, а в Европе идет империалистическая война в духе 19 века.
В Мавритании рабство официально отменили в 1981 году. В этом же году в Америке в продажу поступил персональный компьютер для массового пользования от IBM, а еще через год человеку имплантировали искусственное сердце. Искусственное, на минуточку, сердце. В том же самом мире, где можно пойти и легально купить на рынке негра, чтобы он тебе горох лущил.
Помните у Тарковского, когда он изображает далекое будущее в фильме «Солярис», машина на космодром едет по японской автостраде? Это даже сегодня выглядит достаточно футуристично, хоть и снималось 50 лет назад. Моя бабушка в том же году, когда человек высадился на Луну, тарелки мыла сажей в ледяной реке, буквально в прорубе.
У меня есть кент, программист и техноэнтузиаст. Он считает, что через 10-20 лет роботов-гуманоидов будет больше, чем людей. Роботы будут делать вообще все, а люди будут только заниматься разными развлечениями и сочинять стихи. Дескать, технологии уже все имеются, осталось только их применить.
Хуй знает, может, где-нибудь в Южной Корее и будут роботы подметать улицы и чинить унитазы. Но вот в России, матушке, что двадцать лет назад в поездках, я ссал на остановках в дырку в очковом туалете, без двери и света, где замерзшая моча почти достигала потолка. Что пять лет назад было так же, когда я ездил в Сибирь в последний раз. Что сто лет назад было так же. И через сто лет ничего не изменится, я в это абсолютно уверен. Не будет никаких гуманоидов, а будут пьяные мужики у ларька с пивом обсуждать, как англосаксонцы сдерживают потенциал России и повышают цены на молоко через контроль Центробанка.
И в Индии так же будут индусы срать себе под ноги и тут же умываться. И будут разбирать в странах Латинской Америки гуманоида на запчасти в ту же секунду, как он выйдет из дома.
И искусственный интеллект будет на большинстве территорий этого мира говорить не то, что правильно и истинно с точки зрения логики и теории обоснования, а то, что считает правильным и истинным начальство и господин генерал.
И, говоря о прогрессе, Кант написал работу «К вечному миру» еще в 1795 году (!!!), где убедительно обосновал, что избегать больших войн возможно, если ограничивать власть правителей, гражданам участвовать в политике и уважать суверенитет других стран.
И что с того, что эта концепция самого выдающегося мыслителя-философа в истории современного мира существует уже почти 250 лет? Кому она в хуй усралась, если у меня в университете философию преподавал сталинист, который издавал про Сталина, блять, газету и учил, что расстрелы были необходимостью для достижения цели. То есть он их даже не отрицал, он их оправдывал.
Я верю в то, что мир становится лучше. Просто не везде, неравномерно, непоследовательно и вовсе необязательно. Поэтому иногда лучший способ переместиться во времени - это переместиться в пространстве.
Причем в любом направлении, кому как нравится.
Forwarded from Барселона. Культурное обозрение
Второй раз сходил на выставку «Матисс и его наследие» в CaixaForum. Я обожаю это выставочное пространство.
Во-первых, оно устроено в здании старой фабрики в стиле каталонского модерна, а строил ее один из трех великих архитекторов своей эпохи - Жозеп Пуч-и-Кадафалк. Это типа как Гауди, только Гауди искал будущее архитектуры в природе, а Кадафалк - в архитектуре прошлого.
Во-вторых, большой стакан пива там отпускают за три пятьдесят, что для Барселоны в 2026 году неслыханно дешево.
В-третьих, там есть сад, где можно это самое пиво пить в тени деревьев и настраивать себя на диалог с изящным искусством.
Так я, собственно, и поступил - выпил два стакана пива с большим удовольствием и пошел вступать в диалог, смело, без предубеждений и домыслов, на легких ногах и с открытым сердцем.
Большинство работ привезли из центра Помпиду. Период, который выставка охватывает, - это почти весь XX век. То есть цель выставки - проследить влияние Матисса на всю мировую живопись, которое, безусловно, огромно.
Матисс прожил долгую жизнь и живописал больше 50 лет, пройдя самые разные этапы: от импрессионизма и фовизма до формирования уже собственного стиля, который, конечно, весь заключен в силе цвета и давлении цвета над формой и перспективой.
Если Малевич освобождает цвет от давления предметности всецело, то Матисс возводит цвет на пьедестал и подчиняет ему предмет. В подчинении у цвета предмет теряет свою фетишистскую магию. Матисс расколдовывает мир вещей и говорит нам, что восприятие объекта многажды богаче и интереснее самого объекта (дева тешит до известного предела).
Выставка поделена на 8 секций, где работы самого Матисса стоят рядом с работами других великих художников своего времени, на которых он влиял и которые перенимали его мировоззрение. Например, висят два натюрморта русских авангардистов Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова, которые видели Матисса в Москве, в доме у коллекционера Сергея Щукина, который активно покупал Матисса в начале XX века. Благодаря именно ему в Эрмитаже сегодня хранится одна из лучших коллекций художника в мире.
Было очень приятно видеть работы Альбера Марке, друга Матисса. Его нечасто где увидишь, а вместе с тем это очень интересный художник, которого тоже много в Эрмитаже. Я, когда жил в Петербурге, иногда прогуливал работу и сбегал смотреть на Марке. В его красках растворялась моя тоска и скука от бесполезной и тупой деятельности за компьютером, которой я всю жизнь вынужден заниматься. То есть его краски такие яркие, что способны поглотить весь морок и щелочь нашей жизни и ни капли не померкнуть, не потускнеть и не потерять цвета.
Так Матисс влиял на современников. И влияние это можно четко видеть и отслеживать от эпохи к эпохе, от самого начала XX века до уже совсем современного искусства, в значении contemporary, а не modern.
Из интересного еще привезли пару работ Франтишека Купки, Пикассо и, что поразительно, абстрактную живопись самого влиятельного архитектора XX века Ле Корбюзье. Особенно на такую живопись приятно смотреть, будучи пьяным.
Заметками на полях скажу, что Матисс - евангелист нежно-голубого. Ни у кого больше нет таких оттенков, да что там - в природе такого не встретишь. Только ради одного этого стоит идти на выставку.
Которая продлится до 16 августа. Билеты на сайте.
Во-первых, оно устроено в здании старой фабрики в стиле каталонского модерна, а строил ее один из трех великих архитекторов своей эпохи - Жозеп Пуч-и-Кадафалк. Это типа как Гауди, только Гауди искал будущее архитектуры в природе, а Кадафалк - в архитектуре прошлого.
Во-вторых, большой стакан пива там отпускают за три пятьдесят, что для Барселоны в 2026 году неслыханно дешево.
В-третьих, там есть сад, где можно это самое пиво пить в тени деревьев и настраивать себя на диалог с изящным искусством.
Так я, собственно, и поступил - выпил два стакана пива с большим удовольствием и пошел вступать в диалог, смело, без предубеждений и домыслов, на легких ногах и с открытым сердцем.
Большинство работ привезли из центра Помпиду. Период, который выставка охватывает, - это почти весь XX век. То есть цель выставки - проследить влияние Матисса на всю мировую живопись, которое, безусловно, огромно.
Матисс прожил долгую жизнь и живописал больше 50 лет, пройдя самые разные этапы: от импрессионизма и фовизма до формирования уже собственного стиля, который, конечно, весь заключен в силе цвета и давлении цвета над формой и перспективой.
Если Малевич освобождает цвет от давления предметности всецело, то Матисс возводит цвет на пьедестал и подчиняет ему предмет. В подчинении у цвета предмет теряет свою фетишистскую магию. Матисс расколдовывает мир вещей и говорит нам, что восприятие объекта многажды богаче и интереснее самого объекта (дева тешит до известного предела).
Выставка поделена на 8 секций, где работы самого Матисса стоят рядом с работами других великих художников своего времени, на которых он влиял и которые перенимали его мировоззрение. Например, висят два натюрморта русских авангардистов Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова, которые видели Матисса в Москве, в доме у коллекционера Сергея Щукина, который активно покупал Матисса в начале XX века. Благодаря именно ему в Эрмитаже сегодня хранится одна из лучших коллекций художника в мире.
Было очень приятно видеть работы Альбера Марке, друга Матисса. Его нечасто где увидишь, а вместе с тем это очень интересный художник, которого тоже много в Эрмитаже. Я, когда жил в Петербурге, иногда прогуливал работу и сбегал смотреть на Марке. В его красках растворялась моя тоска и скука от бесполезной и тупой деятельности за компьютером, которой я всю жизнь вынужден заниматься. То есть его краски такие яркие, что способны поглотить весь морок и щелочь нашей жизни и ни капли не померкнуть, не потускнеть и не потерять цвета.
Так Матисс влиял на современников. И влияние это можно четко видеть и отслеживать от эпохи к эпохе, от самого начала XX века до уже совсем современного искусства, в значении contemporary, а не modern.
Из интересного еще привезли пару работ Франтишека Купки, Пикассо и, что поразительно, абстрактную живопись самого влиятельного архитектора XX века Ле Корбюзье. Особенно на такую живопись приятно смотреть, будучи пьяным.
Заметками на полях скажу, что Матисс - евангелист нежно-голубого. Ни у кого больше нет таких оттенков, да что там - в природе такого не встретишь. Только ради одного этого стоит идти на выставку.
Которая продлится до 16 августа. Билеты на сайте.
Скоро годовщина смерти моего дорогого друга Ромы Чудо. Свою третью книгу я посвятил ему. Персонажа Доедателя мы придумали вместе в 2012 году у меня дома, в городе Иркутске, на улице 5-й Армии. Уже тогда у меня появился замысел книги.
Рома и правда был чудом. В том смысле, что чудиком, человеком с другой планеты. Он делал всё по-другому. Музыкант поразительного, необъяснимого таланта. Я никогда не встречал никого, кто бы настолько проникал в суть музыки, кому музыка была так подвластна.
Всю жизнь он писал, не имея никакого оборудования и инструментов. Ничего, кроме компьютера и наушников за 500 рублей. Он создал несколько тысяч музыкальных произведений. Очень многие рэп-артисты, включая ныне весьма знаменитых, пели на его биты. Одна из причин, почему я больше не могу петь рэп-песни, - это то, что у меня больше нет его музыки.
Рома Чудо сыграл огромную роль в формировании моих вкусов. Я познакомился с ним, когда мне было всего 16 лет, я был младшим товарищем. Он показал мне всякую крутую музыку, классный, умный и самобытный хип-хоп. Пока другие рэперы вокруг слушали всякую банальную шляпу типа Касты и группы Крэк, мы слушали Mf Doom, King Geedorah, Madlib и Company Flow. Но не только и даже не столько хип-хоп. Рома показал мне Звуки Му и Петра Мамонова, Александра Лаэртского, группу Поп-Механика и Сергея Курехина, Оргазм Нострадамуса, Хуй Забей, Федора Чистякова и группу Ноль, заебатый джаз. Я до сих пор часто слушаю Thelonious Monk. Этот псих - мой любимый джазмен.
Именно благодаря Роме я никогда не слушал весь этот залупный русский рок про севшую батарейку и осень. Всё это прошло мимо меня, и я очень этому рад. Особенно когда сейчас смотришь на то, что со всеми этими рокерами стало. Вся эта любовь-морковь и «я ломал стекло, как шоколад в руке» казались мне уже тогда ужасной пошлостью, глупостью, переваренным десять раз вторичным калом.
По этой же причине я не смотрел, просто не мог смотреть, всякую хуйню типа Брат 2, потому что Рома приносил мне Ларса Фон Триера, Линча, Алекса ван Вармердама, Аки Каурисмяки и прочий крутой и умный кинематограф, который учил воображать, а не потворствовать вкусам быдла.
Рома говорил, что купить можно всё, даже любовь, но нигде ты не купишь воображение - ни за какое бабло. Рома не терпел тупой и банальной хуйни, повторов, избитых тем и ходов. Во всём искал игры разума, подлинного творчества и этому учил всех, кто был рядом и хотел слушать.
Благодаря Чудику я нашел много прекрасных книг. Именно тогда, захотел писать сам. Он показал мне интеллектуальную, местами абсурдную фантастику – Роберта Шекли, Дугласа Адамса, Айзека Азимова. Я всё это читал взахлеб и потом по ходу жизни много раз перечитывал. И буду перечитывать еще. Моя любимая книга у Шекли – Координаты чудес. Прочтите, если не читали.
Возможно, если бы я не встретил в своё время Чудо, я бы сейчас ходил на концерты Оксимирона, читал книги про Илона Маска и стартапы, пердел на зажигалку и снимал рилсы в тик-ток.
Никто не повлиял на меня так, как Рома. И уже не повлияет.
После его смерти я записал в его честь песню. Не слушал её много лет, а недавно случайно нашел. Позволю себе её выложить.
Рома и правда был чудом. В том смысле, что чудиком, человеком с другой планеты. Он делал всё по-другому. Музыкант поразительного, необъяснимого таланта. Я никогда не встречал никого, кто бы настолько проникал в суть музыки, кому музыка была так подвластна.
Всю жизнь он писал, не имея никакого оборудования и инструментов. Ничего, кроме компьютера и наушников за 500 рублей. Он создал несколько тысяч музыкальных произведений. Очень многие рэп-артисты, включая ныне весьма знаменитых, пели на его биты. Одна из причин, почему я больше не могу петь рэп-песни, - это то, что у меня больше нет его музыки.
Рома Чудо сыграл огромную роль в формировании моих вкусов. Я познакомился с ним, когда мне было всего 16 лет, я был младшим товарищем. Он показал мне всякую крутую музыку, классный, умный и самобытный хип-хоп. Пока другие рэперы вокруг слушали всякую банальную шляпу типа Касты и группы Крэк, мы слушали Mf Doom, King Geedorah, Madlib и Company Flow. Но не только и даже не столько хип-хоп. Рома показал мне Звуки Му и Петра Мамонова, Александра Лаэртского, группу Поп-Механика и Сергея Курехина, Оргазм Нострадамуса, Хуй Забей, Федора Чистякова и группу Ноль, заебатый джаз. Я до сих пор часто слушаю Thelonious Monk. Этот псих - мой любимый джазмен.
Именно благодаря Роме я никогда не слушал весь этот залупный русский рок про севшую батарейку и осень. Всё это прошло мимо меня, и я очень этому рад. Особенно когда сейчас смотришь на то, что со всеми этими рокерами стало. Вся эта любовь-морковь и «я ломал стекло, как шоколад в руке» казались мне уже тогда ужасной пошлостью, глупостью, переваренным десять раз вторичным калом.
По этой же причине я не смотрел, просто не мог смотреть, всякую хуйню типа Брат 2, потому что Рома приносил мне Ларса Фон Триера, Линча, Алекса ван Вармердама, Аки Каурисмяки и прочий крутой и умный кинематограф, который учил воображать, а не потворствовать вкусам быдла.
Рома говорил, что купить можно всё, даже любовь, но нигде ты не купишь воображение - ни за какое бабло. Рома не терпел тупой и банальной хуйни, повторов, избитых тем и ходов. Во всём искал игры разума, подлинного творчества и этому учил всех, кто был рядом и хотел слушать.
Благодаря Чудику я нашел много прекрасных книг. Именно тогда, захотел писать сам. Он показал мне интеллектуальную, местами абсурдную фантастику – Роберта Шекли, Дугласа Адамса, Айзека Азимова. Я всё это читал взахлеб и потом по ходу жизни много раз перечитывал. И буду перечитывать еще. Моя любимая книга у Шекли – Координаты чудес. Прочтите, если не читали.
Возможно, если бы я не встретил в своё время Чудо, я бы сейчас ходил на концерты Оксимирона, читал книги про Илона Маска и стартапы, пердел на зажигалку и снимал рилсы в тик-ток.
Никто не повлиял на меня так, как Рома. И уже не повлияет.
После его смерти я записал в его честь песню. Не слушал её много лет, а недавно случайно нашел. Позволю себе её выложить.
Forwarded from Барселона. Культурное обозрение
Сходил на выставку под названием «Пикассо и Кипр. Керамика Средиземноморья».
Выставка подоспела, что называется, к столу. Совсем недавно в археологическом музее Афин меня совершенно обескуражили кикладские статуэтки и керамика. Я просто обалдел. Не мог отделаться от мысли, что вижу Модильяни, вижу Гогена, но в большей степени Пикассо, то есть буквально Пикассо.
Я был уверен, что он эти работы видел. И не просто видел, а ими вдохновлялся и положил принципы древних мастеров в основу своего творческого метода.
Поразительно тут то, что кикладским статуэткам больше четырех тысяч лет. Я буквально не мог перестать об этом думать. Особенно из головы не идет ваза с рыбаками, у которых по две рыбины в руках и по одному большому рыбьему глазу. Такое увидишь и больше никогда не забудешь. Это самобытное и очень пронзительное искусство. На мой взгляд, гораздо более выразительное и универсальное, чем искусство классической Греции, именно за счет своей простоты, наивности и несовершенства форм.
Скульптуры Фидия выглядят античными, статуэтки неизвестных, безымянных художников Кикладских островов - нет. Они существуют вне времени, отражают универсальные принципы творчества и творения, того божественного дыхания, которое превращает неживую глину в живую материю.
Вернувшись в Барселону, я увидел афиши выставки в музее Пикассо, где как раз то, о чем я думал, нашло свое воплощение, то есть буквально мир откликнулся на мои думы. Всегда бы так!
Устроители привезли керамику и статуэтки с острова Кипр, где процветала другая эгейская цивилизация - собственно кипрская, которая в своем искусстве очень перекликается с кикладской. Киклады и киприоты были соседями и тесно взаимодействовали, поэтому визуальная философия у них схожая.
Я выждал момент и пошел. Организовали всё замечательно. Под экспозицию выделили четыре отдельных зала с хорошим освещением, со справочной информацией на английском. А еще все экспонаты выставили в стеклянные кубы так, чтобы их можно было осматривать со всех сторон.
Привезли много всего - статуэток, ваз, амфор и прочей керамики, и поставили в диалог с Пикассо - его керамикой, но еще графикой и оттисками.
В таком диалоге основная идея выглядит еще более ясно. Перед нами искусство вне времени, вне контекста, то есть подлинное, буквально вышедшее из земли, древнее, первобытное, корневое, к которому Пикассо стремился, но не в виде простого повторения, а в виде осмысления и прикосновения к этим самым корням. Именно поэтому он великий художник. Потому что в искусстве своем дошел до сути, а не просто красиво рисовал, чего многие так требуют от художника.
Мое любимое - это вазы с осьминогами, такими живыми и угарными, что просто невозможно не умиляться. Никогда не забуду эти вазы. Пикассо на этот мотив создал свою тарелку с осьминогом, и тоже это у него получилось. Притом не просто повторить, а именно переосмыслить, создав вневременное искусство сегодняшнего дня. Я бы с такой тарелки ел с превеликим удовольствием.
И даже если совсем не думать и не искать никаких параллелей, все это просто очень красиво и непосредственно. Некоторые статуэтки настолько забавные, что хочется немедленно ими начать обладать, трогать, рассматривать долго и тщательно. Хочется вступить с ними в интимную связь.
Очень советую идти. Смотреть, читать со стен, сравнивать, умиляться. Выставка продлится до 27 августа. Билеты на сайте.
Всё уже придумано до нас!
Выставка подоспела, что называется, к столу. Совсем недавно в археологическом музее Афин меня совершенно обескуражили кикладские статуэтки и керамика. Я просто обалдел. Не мог отделаться от мысли, что вижу Модильяни, вижу Гогена, но в большей степени Пикассо, то есть буквально Пикассо.
Я был уверен, что он эти работы видел. И не просто видел, а ими вдохновлялся и положил принципы древних мастеров в основу своего творческого метода.
Поразительно тут то, что кикладским статуэткам больше четырех тысяч лет. Я буквально не мог перестать об этом думать. Особенно из головы не идет ваза с рыбаками, у которых по две рыбины в руках и по одному большому рыбьему глазу. Такое увидишь и больше никогда не забудешь. Это самобытное и очень пронзительное искусство. На мой взгляд, гораздо более выразительное и универсальное, чем искусство классической Греции, именно за счет своей простоты, наивности и несовершенства форм.
Скульптуры Фидия выглядят античными, статуэтки неизвестных, безымянных художников Кикладских островов - нет. Они существуют вне времени, отражают универсальные принципы творчества и творения, того божественного дыхания, которое превращает неживую глину в живую материю.
Вернувшись в Барселону, я увидел афиши выставки в музее Пикассо, где как раз то, о чем я думал, нашло свое воплощение, то есть буквально мир откликнулся на мои думы. Всегда бы так!
Устроители привезли керамику и статуэтки с острова Кипр, где процветала другая эгейская цивилизация - собственно кипрская, которая в своем искусстве очень перекликается с кикладской. Киклады и киприоты были соседями и тесно взаимодействовали, поэтому визуальная философия у них схожая.
Я выждал момент и пошел. Организовали всё замечательно. Под экспозицию выделили четыре отдельных зала с хорошим освещением, со справочной информацией на английском. А еще все экспонаты выставили в стеклянные кубы так, чтобы их можно было осматривать со всех сторон.
Привезли много всего - статуэток, ваз, амфор и прочей керамики, и поставили в диалог с Пикассо - его керамикой, но еще графикой и оттисками.
В таком диалоге основная идея выглядит еще более ясно. Перед нами искусство вне времени, вне контекста, то есть подлинное, буквально вышедшее из земли, древнее, первобытное, корневое, к которому Пикассо стремился, но не в виде простого повторения, а в виде осмысления и прикосновения к этим самым корням. Именно поэтому он великий художник. Потому что в искусстве своем дошел до сути, а не просто красиво рисовал, чего многие так требуют от художника.
Мое любимое - это вазы с осьминогами, такими живыми и угарными, что просто невозможно не умиляться. Никогда не забуду эти вазы. Пикассо на этот мотив создал свою тарелку с осьминогом, и тоже это у него получилось. Притом не просто повторить, а именно переосмыслить, создав вневременное искусство сегодняшнего дня. Я бы с такой тарелки ел с превеликим удовольствием.
И даже если совсем не думать и не искать никаких параллелей, все это просто очень красиво и непосредственно. Некоторые статуэтки настолько забавные, что хочется немедленно ими начать обладать, трогать, рассматривать долго и тщательно. Хочется вступить с ними в интимную связь.
Очень советую идти. Смотреть, читать со стен, сравнивать, умиляться. Выставка продлится до 27 августа. Билеты на сайте.
Всё уже придумано до нас!
Завел отдельный канал, где рассказываю про выставки, на которые хожу, и что там интересного усматриваю.
Мне как-то полюбилось писать про культуру. Делаю я это, опираясь на собственные рассуждения и впечатления, без всяких биографий и цитат из Википедии.
Если вы живете в Барселоне, то это не только познавательно, но еще и полезно (всегда будете знать куда пойти). А если в Барселоне не живете, то просто познавательно и интересно (всегда будет пища для размышления, ибо не хлебом единым сыт человек).
Подписывайтесь. Я буду польщен.
Мне как-то полюбилось писать про культуру. Делаю я это, опираясь на собственные рассуждения и впечатления, без всяких биографий и цитат из Википедии.
Если вы живете в Барселоне, то это не только познавательно, но еще и полезно (всегда будете знать куда пойти). А если в Барселоне не живете, то просто познавательно и интересно (всегда будет пища для размышления, ибо не хлебом единым сыт человек).
Подписывайтесь. Я буду польщен.
Самая уебанская хуйня в мужском гардеробе - это шорты. Нет ничего более нелепого, уродливого и неуместного. Шорты можно носить только на спорте и на купаниях. Всё. Во всех других ситуациях шорты неуместны, недопустимы этикетом и выглядят омерзительно.
Ни в какое приличное место не пускают в шортах. Я бывал в таких ресторанах, где людям выдают специальные гостевые штаны, чтобы не выгонять тех, кто пришел в шортах. Потому что обычно надо выгнать целую компанию, ибо один васян не понимает базовых вещей относительно внешнего вида и думает, что раз он приехал отдыхать, то везде курорт.
То, что шорты защищают от жары, - это тоже тупая хуйня. Мало того что люди подвергают себя воздействию прямых солнечных лучей, так еще и в жаре воздух настолько горячий, что не охлаждает, а нагревает.
Шорты не защищают от жары. Шорты усугубляют жару. Чтобы это понять, стоит посмотреть, как одеваются люди в действительно жарком климате. Посмотрите, как выглядят жители пустыни, как защищаются от жары бедуины, какая традиционная одежда у индусов, что носят в Самарканде.
Шорты - это мерзость. Не носите шорты. Прекрасная альтернатива - легкие штаны свободного кроя. В них удобно, не жарко. В таких штанах можно хоть на отпевание в церковь, хоть с женщиной на свидание в ресторан. А в шортах нет. В шортах нельзя никуда, кроме как на спорт и на пляж.
Не носите шорты.
Ни в какое приличное место не пускают в шортах. Я бывал в таких ресторанах, где людям выдают специальные гостевые штаны, чтобы не выгонять тех, кто пришел в шортах. Потому что обычно надо выгнать целую компанию, ибо один васян не понимает базовых вещей относительно внешнего вида и думает, что раз он приехал отдыхать, то везде курорт.
То, что шорты защищают от жары, - это тоже тупая хуйня. Мало того что люди подвергают себя воздействию прямых солнечных лучей, так еще и в жаре воздух настолько горячий, что не охлаждает, а нагревает.
Шорты не защищают от жары. Шорты усугубляют жару. Чтобы это понять, стоит посмотреть, как одеваются люди в действительно жарком климате. Посмотрите, как выглядят жители пустыни, как защищаются от жары бедуины, какая традиционная одежда у индусов, что носят в Самарканде.
Шорты - это мерзость. Не носите шорты. Прекрасная альтернатива - легкие штаны свободного кроя. В них удобно, не жарко. В таких штанах можно хоть на отпевание в церковь, хоть с женщиной на свидание в ресторан. А в шортах нет. В шортах нельзя никуда, кроме как на спорт и на пляж.
Не носите шорты.
Узнал, короче, третьего дня, что есть некая в народе потеха - куколдизм называется. Это такой кунштюк у извращенцев, когда твою бабу огуливают другие мужики, допустим, а ты на это всё дело смотришь и залупу свою беспонтовую утешаешь плотским грехом.
Ну и, соответственно, фетишисты эти называются куколдами. Я не знал, если честно, что такое существует. С другой стороны, чего на свете только не существует.
Как говорил Шекспир:
Так вот, я вчера придумал тоже потеху. Кокаколд называется.
Кокаколд - это такой мужик, который сам пиво не пьет, а пьет кока-колу, но с мужиками за столом всё равно сидит на общих основаниях и смотрит, как мужики пьют пиво.
У меня есть несколько таких кентов. Люди очень порядочные. Могут за вечер легко выпить 10 банок кока-колы (чаще всего нулевки) и как-то не терять интереса к пьяным, участвовать в общих увеселениях, куражится своеобразно. Сейчас этого всё больше становится, с модой на вечную молодость и цифровое бессмертие.
То есть это им, а не нам, смеяться последними.
Так или иначе, считаю, что слово нужное, полезное и подходящее. Думаю направить его в Оксфордский словарь английского языка, а также в толковый словарь Даля.
Ну а мои читатели могут начать пользоваться словом уже сейчас, в приоритетном порядке.
Много ли в вашем окружении кокаколдов?
Ну и, соответственно, фетишисты эти называются куколдами. Я не знал, если честно, что такое существует. С другой стороны, чего на свете только не существует.
Как говорил Шекспир:
Есть многое на свете, друг Горацио,
Что и не снилось нашим мудрецам.
Так вот, я вчера придумал тоже потеху. Кокаколд называется.
Кокаколд - это такой мужик, который сам пиво не пьет, а пьет кока-колу, но с мужиками за столом всё равно сидит на общих основаниях и смотрит, как мужики пьют пиво.
У меня есть несколько таких кентов. Люди очень порядочные. Могут за вечер легко выпить 10 банок кока-колы (чаще всего нулевки) и как-то не терять интереса к пьяным, участвовать в общих увеселениях, куражится своеобразно. Сейчас этого всё больше становится, с модой на вечную молодость и цифровое бессмертие.
То есть это им, а не нам, смеяться последними.
Так или иначе, считаю, что слово нужное, полезное и подходящее. Думаю направить его в Оксфордский словарь английского языка, а также в толковый словарь Даля.
Ну а мои читатели могут начать пользоваться словом уже сейчас, в приоритетном порядке.
Много ли в вашем окружении кокаколдов?
Я ищу способ как-нибудь так изъебнуться, чтобы ничего особо не делать и зарабатывать много денег. Но я пока не понял, как. Однако верю в то, что это возможно.
Допустим, есть же люди, которые зарабатывают деньги тем, что пьют пиво. Я мог бы стать таким человеком. Не знаю, может быть, блог вести про то, как я пью пиво, или что-то такое.
Или вот, допустим, есть такой мужик, я видел на порно-сайте. Ему просто всякие красивые женщины хуй курят, а он лежит, ноги вытянул, даже лица не видно. Непыльная работёнка. И там десятки миллионов просмотров. Я знаю средние CPM по рынку и понимаю, что мужик этот не голодает. С такой деятельностью я бы справился. Но как это всё организовать?
Берут ли волосатых мужиков в порнуху?
Почему я должен заниматься пиаром, маркетингом и прочей шляпой? У меня тоже есть хуй. Я тоже люблю пить пиво.
Где я свернул не туда? Это я выбрал эту жизнь или она меня выбрала?
Одни вопросы и ни одного ответа.
Допустим, есть же люди, которые зарабатывают деньги тем, что пьют пиво. Я мог бы стать таким человеком. Не знаю, может быть, блог вести про то, как я пью пиво, или что-то такое.
Или вот, допустим, есть такой мужик, я видел на порно-сайте. Ему просто всякие красивые женщины хуй курят, а он лежит, ноги вытянул, даже лица не видно. Непыльная работёнка. И там десятки миллионов просмотров. Я знаю средние CPM по рынку и понимаю, что мужик этот не голодает. С такой деятельностью я бы справился. Но как это всё организовать?
Берут ли волосатых мужиков в порнуху?
Почему я должен заниматься пиаром, маркетингом и прочей шляпой? У меня тоже есть хуй. Я тоже люблю пить пиво.
Где я свернул не туда? Это я выбрал эту жизнь или она меня выбрала?
Одни вопросы и ни одного ответа.
Провел два дня в чудесном месте на Коста-Браве. В отеле, который устроен в модернистском здании начала XX века, со своей часовней и колокольней. Место совершенно уединенное, среди лесов, подле моря. Заходил в часовню, пустили за алтарь. На колокольню не пустили, а так хотелось ударить в колокол!
Всем сердцем (необъятно большим) люблю каталонский модерн, и как-то у меня получилось со временем его рассмотреть, раскрыть, несмотря на то что долгое время я его обходил стороной. Когда я был еще молодым человеком, в архитектуре меня привлекали масштабность и историчность. Я больше любил эклектичную пышность Мадрида, а теперь это уже иначе.
Модернизм - это не только изящно, но еще и очень умно устроено. Прямо в отеле видел оригиналы работ моего любимого Миро и кое-какие оттиски Антони Тапиеса, и еще разные почеркушки, гравюры и даже какую-то живопись, которую я не опознал, а справиться было не у кого.
Дорогой и у бассейна читал Бунина. Пришел к выводу, что окаянные дни никогда не закончатся. Одним вечером ужасно напился и танцевал как ошалелый, что вообще-то случается со мной нечасто. Прыгнул в бассейн прямо в одежде, потом переоделся и снова прыгнул какого-то черта в бассейн. Наутро пришлось позориться и обедать на людях в шортах, с голыми ногами, потому что одежды никакой не осталось. До сих пор стыдно людям в глаза смотреть.
Смотря на все эти лесные пейзажи, на холмы, на полоску моря у горизонта, я еще больше осознал, как сильно люблю эти места, как мне хорошо у Средиземного моря.
Я все это очень люблю. Люблю людей, их праздники, жизнелюбие, добросердечность. Люблю солнце, высокое синее небо, овощи, выращенные на этой земле, сладкий лук, мясистые оливки, вино, которое здесь делают, простое светлое пиво. Питаюсь как местный - на хлеб раздавить помидор, нарезать твердый овечий сыр, запить стаканом риохи. Люблю непритязательный интерьер, когда в центре стола еда, а не концепция, когда за тобой не бегают, не прислуживают, когда рядом обычные мужики, которые читают газету, смотрят футбол, рассказывают друг другу истории.
Совершенно меня перестали интересовать кулинарные выебоны, капли на тарелке, такие блюда, в названии которых неясно ни одного слова, кроме союзов.
Велюте из гратена с эмульсией из террина и кейлом. Отчего и как это все стало модным? Как будто если назвать продукт каким-то непонятным словом, он от этого станет вкуснее.
Мне по душе картошки и жареные сардины, которые я покупаю на рынке по 8 евро за килограмм и сам жарю.
Так и живу. Спасибо, что читаете. Мне очень приятно. Единственное, что тяготит, - это работа у компьютера. Не люблю компьютеры. Сильно. Из всего, что мне доводилось делать на белом свете, сидеть у компьютера - это самое скучное и беспонтовое дело. Каждый раз, когда я смотрю в монитор, чувствую, что являюсь рабом этой машины, что нахожусь у нее в услужении. Машина учится за счет меня, я ее обслуживаю. Однажды мне был такой сон, что компьютер мной повелевал. Проснулся и вздрогнул, пробормотал слова, которым учила бабушка – куда ночь, туда и сон. Так кошмар можно развеять.
Пользуйтесь и до новых встреч.
Покорно ваш Роман Сит
Всем сердцем (необъятно большим) люблю каталонский модерн, и как-то у меня получилось со временем его рассмотреть, раскрыть, несмотря на то что долгое время я его обходил стороной. Когда я был еще молодым человеком, в архитектуре меня привлекали масштабность и историчность. Я больше любил эклектичную пышность Мадрида, а теперь это уже иначе.
Модернизм - это не только изящно, но еще и очень умно устроено. Прямо в отеле видел оригиналы работ моего любимого Миро и кое-какие оттиски Антони Тапиеса, и еще разные почеркушки, гравюры и даже какую-то живопись, которую я не опознал, а справиться было не у кого.
Дорогой и у бассейна читал Бунина. Пришел к выводу, что окаянные дни никогда не закончатся. Одним вечером ужасно напился и танцевал как ошалелый, что вообще-то случается со мной нечасто. Прыгнул в бассейн прямо в одежде, потом переоделся и снова прыгнул какого-то черта в бассейн. Наутро пришлось позориться и обедать на людях в шортах, с голыми ногами, потому что одежды никакой не осталось. До сих пор стыдно людям в глаза смотреть.
Смотря на все эти лесные пейзажи, на холмы, на полоску моря у горизонта, я еще больше осознал, как сильно люблю эти места, как мне хорошо у Средиземного моря.
Я все это очень люблю. Люблю людей, их праздники, жизнелюбие, добросердечность. Люблю солнце, высокое синее небо, овощи, выращенные на этой земле, сладкий лук, мясистые оливки, вино, которое здесь делают, простое светлое пиво. Питаюсь как местный - на хлеб раздавить помидор, нарезать твердый овечий сыр, запить стаканом риохи. Люблю непритязательный интерьер, когда в центре стола еда, а не концепция, когда за тобой не бегают, не прислуживают, когда рядом обычные мужики, которые читают газету, смотрят футбол, рассказывают друг другу истории.
Совершенно меня перестали интересовать кулинарные выебоны, капли на тарелке, такие блюда, в названии которых неясно ни одного слова, кроме союзов.
Велюте из гратена с эмульсией из террина и кейлом. Отчего и как это все стало модным? Как будто если назвать продукт каким-то непонятным словом, он от этого станет вкуснее.
Мне по душе картошки и жареные сардины, которые я покупаю на рынке по 8 евро за килограмм и сам жарю.
Так и живу. Спасибо, что читаете. Мне очень приятно. Единственное, что тяготит, - это работа у компьютера. Не люблю компьютеры. Сильно. Из всего, что мне доводилось делать на белом свете, сидеть у компьютера - это самое скучное и беспонтовое дело. Каждый раз, когда я смотрю в монитор, чувствую, что являюсь рабом этой машины, что нахожусь у нее в услужении. Машина учится за счет меня, я ее обслуживаю. Однажды мне был такой сон, что компьютер мной повелевал. Проснулся и вздрогнул, пробормотал слова, которым учила бабушка – куда ночь, туда и сон. Так кошмар можно развеять.
Пользуйтесь и до новых встреч.
Покорно ваш Роман Сит
Ну что, сауна не оставляет меня в унынии и не дает скучать. Кто-нибудь да всенепременно подбрасывает пару ковшиков абсурда на раскаленные камни в моей груди, да так что пар идет из ушей.
Третьего дня захожу попариться после бабского своего пилатеса (я теннисист, мне нужно тянуться и быть гуттаперчевым), а в сауне никого. Заебись, думаю, щас от души посижу, раздам чутка.
Только раздал по стеночкам, постелил полотенце, пар пошёл, я возлёг и начал предаваться сладостным думам о женских ножках и полифонии, как открывается дверь и входит индус. В одежде.
Я привстал. Сел. Думаю: да ну нахуй, неужели опять. Вы че, мужики, не понимаете концепт сауны?
Одет индус был в обтягивающие лосины, как у велосипедистов, и в обтягивающую кофту, в такой ебучей обувке, которая как перчатки, только для ног. Очень толстый, ткань еле справлялась удерживать материю его тела в пространстве. Он перманентно растекался, был нестабильным.
Вообще этот человек выглядел очень тревожно. То есть не он тревожился, а я, потому что все это было предельно странно. Мне начало казаться, что ткань самого мира, не в пример ткани на теле индуса, не справится, треснет, разойдется по швам, и воцарится хаос. Перестанут работать законы мироздания, и не будет во Вселенной порядка.
А потом индус начал петь. Клянусь библиотекой. Он стоял в одежде и пел какую-то индийскую песню на непонятном мне языке, и потряхивал кистями рук. На руках у него были браслеты, прямо поверх кофты.
Я ваще охуел.
Пел индус с чувством, с расстановкой, умеючи. Попарился, подумал я, и вышел из сауны, точнее выбежал. Мне было трудно дышать, я понял, что не дойду до раздевалки, просто не смогу спуститься по лестнице. Я ополоснулся в холодной воде и решил немного успокоить нервы в джакузи, почитать. У меня с собой была книга, которую я спиздил в одной кофейне, которую открыли выходцы из стран бывшего СССР. В таких кофейнях на бранч айтишники едят тост с авокадо, а потом занимаются петтингом. Точнее будет сказать, что я не спиздил эту книгу, а спас, ибо она там была украшением интерьера.
Я начал читать:
Понемногу спокойствие возвращалось ко мне, и уже не накатывала волной паника. Бульканье воды и слов меня успокоило. Только я об этом успел подумать, как открылась дверь сауны. Из нее вышел индус, что-то по-прежнему мурлыкая себе под нос, и прямиком, не приняв душ, мокрый от пота, в одежде, в перчатках для ног, залез со мной в джакузи.
Я хотел ему что-то сказать, но буквально утратил способность говорить. Мне хотелось кричать. Я вылез и пошёл домой, забыв книгу в сауне вместе с тапочками. То есть ушел оттуда прямо на босу ногу, в прострации. На следующий день вернулся, спросил, не находили ли случаем мою книгу и тапочки. Мне сказали, что нет, не находили. Кому в Испании нужна старая потрепанная книга стихов Бродского и старые тапочки с дыркой в подошве, я до сих пор не понимаю.
Может, индус забрал.
Я убежден, что в моей сауне портал в другие миры. Возможно, из моей сауны можно переместиться напрямую в мировой гипертекст и таким образом обрести бессмертие.
Может быть, я уже и есть просто текст.
Третьего дня захожу попариться после бабского своего пилатеса (я теннисист, мне нужно тянуться и быть гуттаперчевым), а в сауне никого. Заебись, думаю, щас от души посижу, раздам чутка.
Только раздал по стеночкам, постелил полотенце, пар пошёл, я возлёг и начал предаваться сладостным думам о женских ножках и полифонии, как открывается дверь и входит индус. В одежде.
Я привстал. Сел. Думаю: да ну нахуй, неужели опять. Вы че, мужики, не понимаете концепт сауны?
Одет индус был в обтягивающие лосины, как у велосипедистов, и в обтягивающую кофту, в такой ебучей обувке, которая как перчатки, только для ног. Очень толстый, ткань еле справлялась удерживать материю его тела в пространстве. Он перманентно растекался, был нестабильным.
Вообще этот человек выглядел очень тревожно. То есть не он тревожился, а я, потому что все это было предельно странно. Мне начало казаться, что ткань самого мира, не в пример ткани на теле индуса, не справится, треснет, разойдется по швам, и воцарится хаос. Перестанут работать законы мироздания, и не будет во Вселенной порядка.
А потом индус начал петь. Клянусь библиотекой. Он стоял в одежде и пел какую-то индийскую песню на непонятном мне языке, и потряхивал кистями рук. На руках у него были браслеты, прямо поверх кофты.
Я ваще охуел.
Пел индус с чувством, с расстановкой, умеючи. Попарился, подумал я, и вышел из сауны, точнее выбежал. Мне было трудно дышать, я понял, что не дойду до раздевалки, просто не смогу спуститься по лестнице. Я ополоснулся в холодной воде и решил немного успокоить нервы в джакузи, почитать. У меня с собой была книга, которую я спиздил в одной кофейне, которую открыли выходцы из стран бывшего СССР. В таких кофейнях на бранч айтишники едят тост с авокадо, а потом занимаются петтингом. Точнее будет сказать, что я не спиздил эту книгу, а спас, ибо она там была украшением интерьера.
Я начал читать:
И вообще само
перемещенье пера вдоль по бумаге есть
увеличенье разрыва с теми, с кем больше сесть
или лечь не удастся, с кем – вопреки письму –
ты уже не увидишься. Все равно, почему.
Понемногу спокойствие возвращалось ко мне, и уже не накатывала волной паника. Бульканье воды и слов меня успокоило. Только я об этом успел подумать, как открылась дверь сауны. Из нее вышел индус, что-то по-прежнему мурлыкая себе под нос, и прямиком, не приняв душ, мокрый от пота, в одежде, в перчатках для ног, залез со мной в джакузи.
Я хотел ему что-то сказать, но буквально утратил способность говорить. Мне хотелось кричать. Я вылез и пошёл домой, забыв книгу в сауне вместе с тапочками. То есть ушел оттуда прямо на босу ногу, в прострации. На следующий день вернулся, спросил, не находили ли случаем мою книгу и тапочки. Мне сказали, что нет, не находили. Кому в Испании нужна старая потрепанная книга стихов Бродского и старые тапочки с дыркой в подошве, я до сих пор не понимаю.
Может, индус забрал.
прячь деньги в воротнике
шубы; а если ты странствуешь налегке –
в брючине ниже колена, но не в сапог: найдут.
В Азии сапоги – первое, что крадут.
Я убежден, что в моей сауне портал в другие миры. Возможно, из моей сауны можно переместиться напрямую в мировой гипертекст и таким образом обрести бессмертие.
Может быть, я уже и есть просто текст.
Loading…